Воронежско-Касторненская операция

В новый 1943-й год Красная Армия вступила на волне огромного морального подъема: на южном крыле советско-германского фронта продолжалось грандиозное по своему размаху победоносное контрнаступление. Были освобождены огромные территории, разгромлены крупные силы немецких, румынских, венгерских и итальянских войск. Несмотря на суровые условия зимы 1942-1943-го годов, советское командование рассчитывало усилить натиск на отступающего противника и не позволить ему восстановить целостность фронта. Даже на тех направлениях, где обстановка долгое время оставалась без изменений, началась подготовка к наступлению.

Канун сражения глазами противника

Группа армий «Юг» была разделена 9 июля 1942-го г. на группы армий «А» и «Б». Это было вызвано тем, что во время похода за нефтью немцы планировали наступать в двух расходящихся направлениях: к Волге и на Кавказ. Группа армий «Б» под командованием Максимилиана фон Вейхса должна была нанести поражение советским войскам на Дону и в междуречье Волги и Дона. Таким образом предполагалось обеспечить левый фланг группы армий «А», рвавшейся к бакинским нефтяным месторождениям.
Поначалу всё шло по плану: немецкой 2-й армии удалось прорваться к Воронежу, а 6-й – к Сталинграду. В двух крупных городах и на подступах к ним разгорелись ожесточенные бои. Однако сил для продолжения наступления у немцев на данном направлении уже не было. К тому же именно М. фон Вейхсу досталось сомнительное «счастье» в виде венгров, румын и итальянцев, которые обороняли довольно протяженные участки фронта. Благодаря всему этому, группа армий «Б» оказалась в весьма двусмысленном положении: с одной стороны, боевые действия во второй половине 1942-го года протекали относительно успешно и привели к значительному продвижению вперед, с другой же, сокрушить советскую оборону под Сталинградом и в районе Воронежа никак не удавалось.
Это противоречие разрешилось 19 ноября 1942-го года, когда началось советское контрнаступление под Сталинградом. Отныне немецкому командованию приходилось больше помышлять о восстановлении фронта и спасении своих войск, нежели о разгроме Красной Армии. Уже через четыре дня после начала контрнаступления правый фланг генерал-полковника М. фон Вейхса оказался в огромном «котле». Все мы сегодня знаем об окруженной армии Ф. Паулюса и фельдмаршале Э. фон Манштейне, который пытался её деблокировать. А вот о событиях, происходивших севернее Сталинграда, известно значительно меньше. С ноября по январь командование группы армий «Б» было вынуждено все сильнее загибать и растягивать фланг под давлением советских войск. Шаткое равновесие здесь обеспечивалось активностью группы армий «Дон» Э. фон Манштейна. На неё долгое время было отвлечено внимание советского командования, которое боялось прорыва немцев к 6-й армии. Такое положение дел, когда Э. фон Манштейн постоянно атакует, а М. фон Вейхс лихорадочно латает дыры во фронте, не могло продолжаться вечно. Группа армий «Дон» была отброшена и обескровлена к концу декабря 1942-го года. Настала очередь основных сил группы армий «Б».
В середине января 1943-го года войсками Воронежского фронта генерал-полковника Филиппа Ивановича Голикова была проведена Острогожско-Россошанская наступательная операция. Правый фланг и центр группы армий «Б» перестали существовать всего за одну неделю. Советские армии двигались на север и северо-запад, одну за другой громя венгерские, итальянские и немецкие дивизии. Прорванный фронт требовал от немецкого командования все новых резервов. Воронежская группировка немцев была вынуждена максимально растянуть фронт. Войска выстраивались в одну линию без каких-либо серьезных сил в глубине обороны. К началу января 1943-го года у немцев на фронте протяженностью около 300 км было 12 дивизий из состава 2-й немецкой и 2-й венгерской армий. Это почти в три раза меньше положенного по уставу для удержания такого пространства. Из-за недостатка войск оборона была занята на небольшую глубину и опиралась на жиденькую цепочку опорных пунктов. При отсутствии крупных танковых резервов шансов на отражение сколь-нибудь мощного удара Красной Армии было немного.

Острогожско-россошанская и воронежско-касторненская операции советских войск.

Подготовка к наступлению

Обстановка в районе Воронежа во второй половине 1942-го года чем-то напоминала ситуацию у стен Сталинграда. Такой же изгиб линии фронта, глубоко вдававшийся в оборону советских войск; такой же крупный город на «вершине» этого изгиба; два советских фронта, пытающиеся «срезать» выступ…
Замысел Воронежско-Касторненской операции состоял в том, чтобы ударом по сходящимся на Касторное направлениям окружить и уничтожить основные силы 2-й немецкой армии. Планировалось освободить железную дорогу Елец – Валуйки, создавая условия для ведения наступления на Курск и Харьков. На первом этапе операции требовалось перехватить две крупные дороги через Касторное и Горшечное, по которым снабжалась немецкая группировка в Воронеже. Главный удар наносили 13-я армия Брянского фронта, а также 40-я армия и 4-й танковый корпус Воронежского фронта. В полосе последнего также планировались два вспомогательных удара силами 38-й и 60-й армий. С воздуха действия двух фронтов поддерживали 15-я и 2-я воздушные армии (всего более 500 самолетов). Всего для участия к операции привлекалось в общей сложности двадцать семь стрелковых дивизий, семь стрелковых бригад, артиллерия Резерва Верховного Главнокомандования, два танковых корпуса, восемь отдельных танковых бригад, три отдельных танковых полка и два отдельных танковых батальона. К артиллерийской подготовке на обоих фронтах привлекалось 3664 орудия и миномета.
Расстояние до точки встречи у Касторного было для Брянского и Воронежского фронтов неодинаковым. Поэтому 40-я армия К.С. Москаленко должна была начать наступление 24 января, а 13-я армия Н.П. Пухова – 26 января.
Советское командование смогло создать на направлении главного удара существенное превосходство в силах и средствах. Например, в 13-й армии Брянского фронта, действовавшей в 46-километровой полосе, ударная группировка была сосредоточена на 18-километровом фронте между реками Кшень и Олым. В первом эшелоне ударной группировки находились четыре стрелковые дивизии, одна танковая бригада и три танковых полка; во втором эшелоне – три стрелковые дивизии и 129-я танковая бригада. Здесь же должен был пойти в бой и фронтовой резерв. Всего на данном участке у 13-й армии было в 9 раз больше орудий и минометов (1827 шт.) и в 10 раз больше живой силы (100 863 бойца и командира). Танков у противника было немного. Десятикратное превосходство над противником в артиллерии констатировало по итогам операции и командование Воронежского фронта. Вся эта огневая мощь была еще и неплохо по меркам середины войны обеспечена снарядами – от двух до трех боекомплектов приходилось на орудие к началу боев.

К.С. Москаленко после войны

Первый натиск

Обычно крупные наступательные операции Великой Отечественной войны начинались рано утром с продолжительной артиллерийской подготовки. Это давало возможность сначала дезорганизовать оборону противника, расстроить систему его огня, а затем броском пехоты и танков совершить прорыв. Воронежско-Касторненская операция является одним из немногих исключений из этого правила. Войска Ф.И. Голикова перешли к активным действиям только ближе к вечеру 24 января 1943-го года.
Бои сразу же приняли ожесточенный характер. Немцы прекрасно понимали, что отступать просто некуда – за спиной у сражающихся была огромная снежная целина. Рассчитывать на отход к какому-либо промежуточному или тыловому рубежу обороны не приходилось, так как таких рубежей просто не существовало. Неудивительно после этого, что в советских отчетах о сражении то и дело упоминаются окруженные опорные пункты немцев в деревнях. Немецкие войска, принявшие на себя первый удар, не смогли остановить наступление 40-й армии Воронежского фронта. Оборона противника была взломана дивизиями К.С. Москаленко менее чем за полдня. Первой целью этой группировки советских войск была дорога, идущая через Горшечное. Параллельно с этим командующий 60-й армией И.Д. Черняховский предпринял попытку предотвратить отход немцев из Воронежа. В результате на западной окраине города разгорелся ночной бой, который окончился утром следующего дня очищением города от противника. Уже 25 января Воронежский фронт перешел к преследованию противника. Сражение набирало обороты.

Венгерские войска на марше

Из критической в катастрофическую ситуацию для немецкого командования превратило вступление в бой 26 января 1943-го года Брянского фронта генерал-лейтенанта Макса Андреевича Рейтера. Этот удар поставил под угрозу вторую транспортную артерию противника – железнодорожный узел в поселке Касторное. Туда рвались соединения 13-й армии Н.П. Пухова. Сознавая нависшую над коммуникациями опасность, немцы оказали здесь отчаянное сопротивление. Только за первый день боя потери армии достигли отметки в 2500 человек и 26 танков. Высокая цена была уплачена не напрасно: оборону немцев удалось преодолеть, а отдельные опорные пункты – блокировать.

Войска Ф.И. Голикова на третий день сражения вели наступление уже по всему фронту. К концу дня отступление 2-й немецкой и остатков 2-й венгерской армий стало повсеместным и всё менее управляемым.
27 января ударная группировка Брянского фронта продолжала вести наступление в направлении поселка Касторное, попутно уничтожая узлы сопротивления противника. Для перехвата дороги Курск-Касторное была сформирована подвижная группа генерал-майора М.И. Глухова в составе одной танковой бригады, двух аэросанных батальонов, отряда лыжников и 307-й стрелковой дивизии. Она должна была, снося все на своем пути, выйти к Касторному и создать пробку на путях отхода немецких войск. В то же время войска Воронежского фронта взяли Горшечное и начали выдвижение на соединение с подвижной группой М.И. Глухова.
Противник сознавал опасность своего положения: за день до начала Воронежско-Касторненской операции начался отход немецких войск из Воронежа (это было замечено разведкой Воронежского фронта только с началом боев), а к крупным транспортным артериям потянулись обозы с разнообразным военным имуществом и тяжелым вооружением. Однако все эти мероприятия безнадежно запоздали. Теперь организованное отступление 2-й армии генерал-полковника Ганса фон Зальмута оставалось возможным лишь при условии успешного сдерживания атак советских войск.

М.И. Глухов – заместитель командующего 13-й армией

Разгром

Генерал-лейтенант М.А. Рейтер, видя неизбежность окружения противника, приказал, не дожидаясь замыкания «кольца», основным силам ударной группировки повернуть на 90 градусов и продолжить наступление уже на запад. Это было сделано в целях преследования противника, а также для того, чтобы не позволить немцам создать новый рубеж обороны. Подвижную группу усилили одной танковой бригадой и одной стрелковой дивизией.
28 января на улицы поселка Касторное ворвались советские танки. Это, однако, не привело к немедленному прекращению сопротивления со стороны противника. К Касторному отступали немецкие войска, шедшие с востока и юга. В течение всего дня они неорганизованно контратаковали войска группы генерал-майора М.И. Глухова. Наиболее опасным был выпад остатков 82-й пехотной дивизии, окруженных севернее Касторного. Понимая, что идти в поселок уже не имеет смысла, немцы предприняли попытку прорыва на запад через деревню Сергеевка. Там был штаб 307-й стрелковой дивизии. Усилиями учебного и лыжного батальонов атаки противника удалось отразить, при этом было захвачено до 900 пленных. Бои в районе поселка Касторное кипели до глубокой ночи, когда к станции начали подходить передовые части 40-й армии Воронежского фронта. Окружение семи немецких и двух венгерских дивизий в треугольнике Воронеж-Касторное-Горшечное стало реальностью.

Воронежско-касторненская операция

Тяжелые погодные условия, а также изменение планов советского командования, не позволили создать плотное «кольцо» вокруг окруженных частей и соединений противника. Войскам Воронежского и Брянского фронтов была поставлена задача на преследование отходящего противника и развитие успеха. Борьба с «окруженцами» осуществлялась с 29 января минимальными силами. Это привело к тому, что немцы и венгры получили возможность прорываться из «котла». Окруженным частям даже удалось захватить станцию Горшечное, увеличив брешь в «кольце» до 50 километров. Но отступать все равно приходилось преимущественно без дорог, по заметенным снегом полям. Это приводило к большим потерям в личном составе.
До середины февраля наступление советских войск продолжалось в разных направлениях: 60-я армия очищала от противника район Курска, 40-я армия продвигалась на белгородском, а 38-я армия – на обоянском направлениях.

Краткие итоги

В итоге Воронежско-Касторненской операции была разгромлена крупная группировка немецких войск, действовавшая в районе Воронежа, и освобождена большая часть Воронежской и Курской областей, в том числе города Воронеж, Касторное, Старый Оскол, Тим, Обоянь и много других крупных населенных пунктов.

Немецкие танки и прочее военное имущество, захваченные на станции Касторное

В ходе операции было нанесено поражение одиннадцати дивизиям 2-й немецкой армии и 3-му армейскому корпусу 2-й венгерской армии. Немецкое командование окончательно лишилось р. Дон как выгодного для обороны рубежа. Были созданы необходимые условия для проведения последующей наступательной операции советских войск на курском и харьковском направлениях.
Ставкой Верховного Главнокомандования высоко были оценены заслуги командующих войсками: генерал-полковниками стали М.А. Рейтер и Ф.И. Голиков. До наших дней хранятся в архивах поздравительные телеграммы в их адрес от подчиненных. Любопытным в этой связи является тот факт, что поздравления по другую сторону фронта принимал командующий группы армий «Б» М. фон Вейхс, произведенный в фельдмаршалы. С учетом состояния его войск данное повышение выглядит скорее издевательством, нежели поощрением.

Из доклада бывшего командующего Воронежским фронтом генерал-полковника Ф.И. Голикова:

Результат и картина физического истребления немецкой воронежской группировки дали мне большое удовлетворение.
Я могу сказать, что мы отомстили за поражение 40 армии в июле 1942 года и за Воронеж.
Здесь не очень охотно брали в плен… Зато районы Касторное, Горшечное, Старый Оскол /…/ были завалены десятками тысяч немецких трупов и массами брошенной боевой техники, автотранспорта, обозов и запасов.

Даже по прошествии десятилетий сведения о потерях сторон можно указывать лишь приблизительно. Виной тому и развал системы управления немецких и венгерских войск, и условность даты окончания операции, и продолжение боев с окруженными частями после 2 февраля. Тем не менее, потери немецко-фашистских войск по советским данным составили около 48000 убитыми и ранеными, 35000 пленными. Советские потери превысили 45000 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести.

Текст Олега Будникова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *