140-я дивизия в боях у деревни Теплое

7 июля 1943-го года
Из журнала боевых действий 140-й стрелковой дивизии

5.00
Авиация противника группами пикирующих бомбардировщиков по 30-40 самолетов непрерывно воздействует,.. бомбит наши боевые порядки. Особо интенсивной бомбежке были подвергнуты районы сёл Самодуровка и Теплое. Всего за день зарегистрировано 1360 самолето-вылетов, причем каждый бомбардировщик противника делал по три захода на цель.

Одновременно артиллерия и минометные батареи противника в течение всего дня вели методичный обстрел боевых порядков на всю глубину обороны дивизии.

В 8.00 противник из района села Подсоборовка и рощи юго-восточнее его начал наступление в направлении сёл Самодуровка, Ольховатка и деревни Кашара. Части 6-й гвардейской стрелковой дивизии и 282-го стрелкового полка 175-й стрелковой дивизии, отражая атаки до двух полков пехоты, поддержанных сильной группой танков и самоходных орудий противника, медленно отходили на юго-восток. К 11.00 противник овладел высотами на подступах к сёлам Ольховатка и Самодуровка, после чего начал подтягивать пехоту и танки в районы этих высот. В 12.00 противник сосредоточил в районе села Самодуровка до 100 танков и двух батальонов пехоты, а в районе южной окраины деревни Соборовка более полка пехоты и 150 танков для наступления в направлении восточной части села Самодуровка и восточной окраины села Теплое.

Генерал-майор А.Я. Киселев. Командир 140-й дивизии.

С 11.30 до 11.50 противник сделал 3 сильных огневых артналета по селам Самодуровка и Теплое. Одновременно до 50-ти бомбардировщиков бомбили наши порядки. После налета авиации танки противника общей численностью до 300 штук, развернувшись в боевые порядки, вышли на передний край, двигаясь в направлении сёл Самодуровка, Теплое. Сосредоточенным огнем артиллерии дивизии и 3-й истребительной противотанковой бригады атака танков была сорвана. Потеряв 80 танков, противник был вынужден отказаться от атаки и отойти на первоначальные свои позиции.

К 15-00 подразделения 6-й гвардейской стрелковой дивизии и 282-го стрелкового полка 175-й стрелковой дивизии, оказывая огневое сопротивление противнику, отходили на юг и юго-запад к селу Ольховатка.

Потери дивизии за 7 июля: убито 52 человека, ранено – 100 человек, лошадей убито 43, ранено – 5.

Из воспоминаний полкового
инженера 96-го полка
старшего лейтенанта
Г.М. Воронкова

Г.М. Воронков. Полковой инженер 96-го полка.

Это было 7 июля.
Наш полк удерживал две деревни «С».

До этих деревень противник не был задержан.
Задача полка была умереть, но не пропустить фашистов. За нами была группа больших высот, при захвате которых немцам открывалась дорога на Фатеж и далее на Курск.

В 8 часов 20 минут, глядя в стереотрубу, я вдруг заметил движущуюся лавину немецких танков. Они шли медленно, выходя все больше и больше из лощины, что северо-западнее Ольховатки, и до самой северо-восточной окраины с. Самодуровка они по всей линии обороны образовали сплошную стену.

От нашего НП эта армада танков была на расстоянии около двух километров, а от обороны – около одного километра.
Я смотрел на выходящие из лощины танки и считал их про себя. Вдруг полковник Григорьев спросил меня:
– Воронков, посмотри, что это за деревня справа от Самодуровки?
– Это танки, товарищ полковник.

И вслух продолжал считать: «178, 179» … А танки все шли и шли…
Полковник Григорьев, будучи по натуре веселым и остроумным человеком, крепко выругался и проговорил: «Все вооруженные силы Германии во главе с фюрером брошены на наш полк».
За танками сплошной черной стеной бежала вражеская пехота. Нам хорошо были слышны крики фашистов: не то они были пьяны, не то их гнали командиры, во всяком случае, эти крики заглушали даже шум танков.

Меня заинтересовало, что делается на нашем переднем крае. Я перевел стереотрубу на полосу обороны и начал всматриваться в лицо одного солдата. С тех пор прошло уже более 39 лет, а я не могу его забыть.

Стоял он в одиночном окопе, у него были большие усы, что говорило о его солидности, он был поглощен собой и не обращал внимания на идущую на него лавину танков.

Уверенными, спокойными движениями он положил на бруствер три противотанковые гранаты, потом одну из них переложил к себе поближе, затем дослал патрон в винтовку, уперся локтем в бруствер, вновь выпрямился, поправил землю под локтем, вновь уперся в бруствер, притрамбовал землю около себя и только после этого взглянул на приближающиеся танки и пехоту. Я смотрел на этого солдата как зачарованный. Как я тогда понимал, между мною и вражескими танками с пехотой стоял только этот солдат в своем окопе с обыкновенной русской винтовкой и противотанковыми гранатами. Больше мне и не дано было знать, также как и командиру полка, командиру дивизии. Каждый знал ровно столько, сколько ему было положено знать по занимаемой должности.

8 июля 1943-го года
Из журнала боевых действий 140-й стрелковой дивизии

5-00
Авиация противника группами пикирующих бомбардировщиков в составе 30-40 самолетов бомбит наши боевые порядки на всю глубину обороны дивизии. Одновременно сильный обстрел из артиллерии и минометов. Основными районами авиационного воздействия противника по-прежнему являлись сёла Самодуровка, Теплое, Молотычи.

Схема боя 140-й дивизии на Тепловских высотах. Составлена ветеранами соединения.

К 3.00 258-й стрелковый полк вышел и занял районы обороны. К рассвету подразделения полка окопались в готовности к отражению атак противника.

В 8.10 после массированного налета бомбардировочной авиации противник перешел в наступление с направлений: восточная окраина села Самодуровка силой до двух батальонов пехоты при поддержке до 50 танков и из лощины юго-восточнее отметки 219,0 силою до полка пехоты с 50 танками. Удар наносился в направлении северо-восточной и восточной окраин села Самодуровка.

Танки противника, имея боевой порядок в линию, в составе трех эшелонов численностью 15-20 машин в каждом эшелоне начали движение в направлении села Самодуровка. Боевой порядок каждого эшелона строился следующим образом: в середине боевого порядка несколько углом вперед /иногда в линию/ шли тяжелые танки Т-VI «Тигр». Далее средние танки и на флангах боевого порядка несколько уступом назад по два-три тяжелых танка Т-VI. Вслед за танками на удалении до 200-300 метров двигается пехота. Продвинувшись 100-200 метров вперед, танки делают остановку и ведут огонь прямой наводкой по нашим огневым точкам. В это время пехота подтягивается к танкам. С выходом на передний край обороны танки подавляют огневые точки и «утюжат» стрелковые окопы, одновременно часть танков или следующий эшелон устремляются в глубину обороны, обеспечивая атаку своей пехоты.

Основной удар вражеских танков и пехоты, атаковавших в направлении восточной окраины села Самодуровка, принял на себя батальон капитана Грешнова. Личный состав батальона мужественно отражал атаки танков и пехоты противника. До 15.30 батальон отразил 5 ожесточенных атак противника, понес большие потери, лишившись более 60% личного состава, израсходовал все боеприпасы, потерял до 80% противотанковых огневых средств и станковых пулеметов. Батальон организованно своим правым флангом отошел на линию дороги сёл Самодуровка-Теплое, фронтом на восток. В результате боев за восточную часть Самодуровки батальон уничтожил до 20 танков противника и до 500 солдат и офицеров противника.

Одновременно /в 8.10/ противник силою до 2-х полков пехоты при поддержке 100 танков из рощи юго-восточнее села Подсоборовка и северных скатов высоты 230,4, сбивая мелкие группы пехоты 6-й гвардейской стрелковой дивизии, к 9.40. вышел на северные скаты высоты 238,1 у деревни Кашара, пытаясь с хода атаковать в направлении высоты 234,5. Противник, потеряв до 12 танков и до батальона пехоты, откатился на северные скаты высоты 238,1.
К 15.30 противник, овладев восточной частью села Самодуровка, сосредоточил в оврагах, идущих от ее восточной окраины, до полка пехоты и 40 танков. После массированного налета авиации немцы начали одновременную атаку в направлении высоты 234,5 и восточной окраины села Теплое.

258-й стрелковый полк вел борьбу с танками противника. Основная масса их была остановлена и до переднего края обороны полка не дошла. Однако отдельные группы в общем количестве 20-30 танков прорвались в глубину обороны. В бой, помимо артиллерии, эшелонированной в глубину, вступила пехота, применяя противотанковые гранаты и бутылки с горючей жидкостью. Пехота, наступавшая вслед за танками, огнем фланкирующих пулеметов, была отрезана от них и залегла. Неоднократные попытки атаки переднего края успеха не имели. Потеряв до 19 танков и более батальона пехоты, противник в 19.00 отошел на северные скаты высоты 238,1.

Одновременно противник силою до полка пехоты и до 40 танков, с юго-восточной окраины села Самодуровка начал наступление в направлении села Теплое и к 17.30 овладел его восточной окраиной. Все попытки развить успех на юг и овладеть полностью селом Теплое встретили упорное сопротивление 3-го батальона 96-го стрелкового полка, который вел борьбу с группами автоматчиков и отдельными танками, стремившимися выйти на фланги и тылы батальона.
В 18.00 противник 20 танками и батальоном пехоты с рубежа отметки 240,0 – восточнее окраины села Теплое – начал наступление в направлении высоты 269,0 и села Молотычи. Огнем артиллерии и пехоты третьего батальона 258-го стрелкового полка атака противника отбита.

Потери частей дивизии: убито 186 человек, ранено 624 человека.
Потери противника: уничтожено до 2050 солдат и офицеров, подбито и сожжено 42 танка, 28 автомашин, подавлено 6 минометных батарей.
КП дивизии – с 11.00 северная окраина села Хмелевое.

Из воспоминаний полкового
инженера 96-го полка
старшего лейтенанта
Г.М. Воронкова

«В дом, где стояло знамя полка, попало два снаряда. Осколком был убит боец, охранявший знамя, загорелась хата. Несколько человек бросились спасать святыню, но к дому, объятому пламенем, который служил теперь ориентиром для фашистов, нельзя было подойти.
Тогда рядовой Ермоленко заскочил через окно в горящую хату и скрылся. В дом снова ударил снаряд. Все решили, что знамя погибло, и погиб отважный боец, вдруг из пламени показался Ермоленко. Он держал в руках полотнище знамени, у которого тлела бахрома. Знамя было спасено. Имя Ермоленко навсегда вошло в список наших героев».

Из воспоминаний командира 5-й стрелковой роты
283-го полка лейтенанта
А.Д. Болонина

А.Д. Болонин

Четвертый день Курской битвы.
Тепловские высоты……
Участие в Курской битве в качестве командира стрелковой роты – одна из главных страниц в моей боевой биографии. С Курской битвой не идут ни в какое сравнение последующие бои, в которых приходилось бывать /их у меня было 40/.

Особое место в сердце и мыслях занимают действия в бою ротных и батальонных командиров, т.е. офицеров невысокого ранга, но высоких морально-боевых качеств, на чьих плечах весь наш фронт держался.

На фронте «командирских нянек» не было. Со всей полнотой ответственности капитаны и лейтенанты вели свои подразделения в бой, решали сложные тактические задачи, в которых чаще всего было два исхода: победить или погибнуть. В руках ротного и батальонного командира находились крепкие нити управления подразделениями, судьба боя. Люди безгранично верили им, шли за ними в бой.

В этой связи расскажу об одном дне боев в Курской битве.
… Еще 7 июля 5-я рота 283-го Красноуфимского стрелкового полка, 140-й Сибирской стрелковой дивизии, которой я тогда командовал, заняла оборону на ключевой высоте 274,5 – одной из Тепловских высот на рубеже: Ольховатка-Теплое-Самодуровка. Одновременно рота была в резерве командира нашего полка. В боевом порядке роты находился на НП и сам командир полка – Иван Андреевич Гусев.

Восьмого июля с утра фашисты повели ожесточенный огонь по нашим позициям. В ход были пущены танки, самоходная артиллерия. Один за другим следовали авиационные удары врага. Казалось, никто не поднимется, никто не уцелеет…
Находясь в небольшом окопе высоты 274,5 в ожидании приказа на схватку с врагом, я думал о том, выдержат ли воины роты натиск фашистов. И сам себе отвечал: ведь бойцы и командиры роты в течение трех месяцев находились в обороне – втором эшелоне, вдали от противника, хорошо подготовлены к ведению боя.
Размышляя так, я был уверен, что бойцы и командиры нашей роты выполнят любую боевую задачу, защищая Родину от коварного врага.

Между тем в 15.30 пехота и танки противника в большом количестве двинулись в наступление на деревню Теплое и несколько позже ворвались на восточную окраину. Попытки гитлеровцев полностью овладеть Теплым встретили упорное сопротивление наших подразделений.
Поскольку 5-я рота была в резерве комполка, то задачу на контратаку мне лично поставил полковник И.А. Гусев. Постановка боевой задачи была краткой. Гусев отметил на моей карте высоту 238,1, занятую противником, и приказал отбить ее у фашистов.
В 16.50 5-я рота в боевой цепи с высоты 274,5 двинулась в направлении высоты 238,1 (д. Кашара). Весь путь до противника составлял примерно полтора километра. Воины роты двигались стремительно, в полный рост в условиях непрерывного и сильного артминометного огня противника и ударов его авиации с воздуха.
… Уже совсем рядом объект контратаки. По команде командиров взводов солдаты и сержанты роты дружным огнем из автоматов, ручных пулеметов ударили по гитлеровцам и ворвались в его траншеи на высоте 238,1.

Первым ворвался на высоту стрелковый взвод под командованием лейтенанта Н.Т.Ханина и его солдаты П.В. Лукьянов, Т. Жуманов, А. Нахмедов, сержанты А.С. Жуков и Л.И. Калюкин.
Ударив по фашистам огнем из автоматов и забросав гранатами, эти смельчаки захватили западные скаты высоты 238,1. Однако, немцы сразу же перешли в атаку на взвод Ханина. Завязалась упорная траншейная борьба…

На линию взвода Ханина вышла вся рота, и начался жестокий кровопролитный рукопашный бой, длившийся непрерывно в общей сложности более шести часов. Одна единственная траншея, проходящая через высоту, в ходе боя несколько раз переходила из рук в руки. Траншея была завалена трупами убитых фашистских солдат. Были убитые и с нашей стороны. В итоге рота нашла в себе сил и умения, чтобы одолеть гитлеровцев, выбить их с высоты и занять ее.

Уцелевшие фашисты, бросая оружие и ранцы, убежали в житное поле. Захвачены трофеи: 5 пулеметов, 45 автоматов, 15 винтовок. 65 трупов фашистских солдат и офицеров осталось в окопах и траншеях.

В роте было убито 49 человек и ранено 63. В строю осталось в качестве защитников взятой высоты 238,1 всего семь человек, А.Д. Болонин, В.И. Мосев, Д.Д. Гумбин, Клава Кострикова, В.Д. Гломоздин, Е.С. Емельянов, И.Ф. Жарков.

В этом бою коллективный подвиг совершила вся 5-я рота 283-го Красноуфимского стрелкового полка.

10 июля 1943-го года
Из журнала боевых действий 140-й стрелковой дивизии

30 танков двинулись в направлении на высоту 234,5. Одновременно с этого же рубежа до полка пехоты, поддержанные 40 танками, обтекая левый фланг 258-го стрелкового полка, начали наступление в направлении восточной части села Теплое. 258-й стрелковый полк огнем артиллерии и противотанковых средств расстроил боевые порядки танков и 8 из них подбил. Пехота противника огнем пулеметов до переднего края обороны не была допущена. Противник отошел на свое исходное положение. Приведя себя в порядок, противник упорно атаковал боевые порядки 258-го стрелкового полка. До 14.30 подразделения 2-го и 3-го батальонов 258-го стрелкового полка отразили шесть ожесточенных атак пехоты и танков, каждый раз нанося ему большие потери и заставляя откатываться на исходные позиции.

Группировка противника, вышедшая в район восточной части села Теплое, была остановлена 3-м батальоном 96-го стрелкового полка. Противник, неся большие потери, упорно атаковал в направлении западной окраины села Теплое.

В 8.30 до батальона пехоты, поддерживаемой 20 танками, наступал по дороге из села Самодуровка в направлении села Теплое. В 10.00 противник овладел районом школы села Теплое.
9-я стрелковая рота 96-го стрелкового полка пыталась контратакой восстановить положение, однако, противник контратаку отбил.

Окраина деревни Самодуровки

Создалась угроза окружения 7-й и 8-й стрелковых рот 96-го стрелкового полка на восточной окраине села Теплое. Невзирая на угрозу окружения, 7-я и 8-я стрелковые роты не оставляли своих районов обороны, а всей мощью пехотного огня обрушились на наступающую пехоту и танки противника. К 15.30, неся большие потери, противник из района школы вышел на южную окраину села Теплое и, соединившись с группой, наступавшей с восточной окраины, замкнул кольцо, 7-я и 8-я стрелковые роты 96-го стрелкового полка продолжали вести бой в окружении и, нанеся большие потери противнику, погибли, но с занимаемых позиций не отошли.
В 15.30 противник перегруппировал свои силы в районе высоты 238,1 и, подтянув резервы, в седьмой раз начал атаку на участке 258-го стрелкового полка в направлении высоты 234,5 силою до полка пехоты и до 50 танков.

Одновременно батальон пехоты и 30 танков атаковали 3-й батальон 258-го стрелкового полка с левого фланга. Противнику удалось прорваться в район 3-го стрелкового батальона, потеряв при этом до 10 танков и более батальона пехоты. Бойцы и командиры стойко отражали атаки врага. Гибель основной части личного состава 7-й и 8-й стрелковых рот 258-го стрелкового полка дала возможность противнику вклиниться в оборону 3-го батальона 258-го стрелкового полка. Создалась угроза левому флангу полка и возможность выхода противника на дорогу, а также его дальнейшего наступления в направлении высот 274,5 и 272,9.

В это же время группа танков противника в составе 50 машин с рубежа отметки 240,0 – восточной окраины села Теплое начала атаку в направлении восточной окраины села Молотычи. С выходом танков к северо-восточным скатам высоты 258,5 пехота противника на 40-50 автомашинах из района села Самодуровка была выброшена в этот район и, развернувшись в боевые порядки, начала атаку высоты 258,5, оборону которой держал 3-й батальон 283-го полка.

Частным распоряжением командира дивизии рота 3-го батальона 283-го стрелкового полка совместно со штрафной ротой, оборонявшей высоту 244,9, контратаковали противника и заставили его отойти на южную окраину села Теплое. Командир дивизии начал собирать резервы для освобождения села Теплое.

В 16.00 противник, приведя себя в порядок, в районе отметки 240,0 и восточнее окраины села Теплое силою до полка пехоты и до 60 танков вторично начал атаку в направлении восточной окраины села Молотычи. К 16.30 отдельным танкам и группам автоматчиков противника удалось прорваться туда.

В 17.30 после интенсивного огня по боевым порядкам противника 258-й стрелковый полк совместно со 2-м батальоном 283-го стрелкового полка начал контратаку в направлении высоты 234,5. К 19.00 противник, понеся большие потери, начал отходить на север в направлении высоты 238,1, 2-й батальон 283-го стрелкового полка достиг рубежа дороги у отметки 240,0 и высоты 234,5, примкнув свой правый фланг к 3-му батальону 258-го стрелкового полка, и закрепился на достигнутом рубеже.

Одновременно 3-й батальон 283-го стрелкового полка совместно с 1-м батальоном 283-го стрелкового полка начал контратаку в направлении отметки 240,0, восточной окраины села Теплое. Противник медленно начал отходить на север. К 19.00 1-й и 3-й батальоны 283-го стрелкового полка вышли на рубеж 300 метров южнее отметки 240,0. Батальоны на достигнутом рубеже, ведя сильный огневой бой с противником, закрепились.
Противник, отброшенный на свои исходные рубежи, попыток к повторным атакам нашего переднего края не предпринимал. До наступления полной темноты части дивизии вели сильный огневой бой с противником.

Наши потери: убито 513 человек. Ранено 943 человека.
Потери материальной части: орудий 76 мм – 2, орудий 45 мм – 6, ПТР – 14, станковых пулеметов – 11, минометов – 12, ручных пулеметов – 21.
Потери противника: уничтожено от 3625 солдат и офицеров, танков – 68, автомашин – 53, лошадей – до 50, самолетов – 4, бронемашин – 2, тягачей – 3, мотоциклов – 7, минометов – до 60, станковых пулеметов – 26, пушек – 31.


В течение 11, 12, 13 и 14 июля 1943-го года дивизия обороняла прежние участки, отражала частные контратаки небольших групп противника, уплотняла свои боевые порядки и готовилась к наступательным действиям.
15 июля 1943-го года части дивизии перешли в наступление и в течение 15, 16, и 17 июля 1943-го года освободили село Теплое /совместно со 162-й стрелковой дивизией/, село Самодуровка, село Соборовка, село Бобрик, выйдя к исходу дня 17 июля 1943-го года на рубеж безымянной высоты у восточной окраины села Подолянь. На этих позициях стрелковые полки закрепились.
18 июля 1943-го года дивизия с 15.00 совершает марш по маршруту: село Соборовка, высота, село Никольское, село Березовка, село Ветренка, село Чермошное и к 2.00 19 июля 1943-го года сосредоточилась в районе сёл Чермошное и Ветренка.

Начальник оперативного отделения
майор /Володин/

Из воспоминаний
санинструктора
М.Ф. Михеевой

9 июля фашисты под вечер сбрасывали с самолетов на батарею просверленные железнодорожные рельсы, которые при падении с большой высоты на землю издавали страшный шум и свист.
Бойцы говорили: «Наверное, у Гитлера шкура стала тонка, стали рельсами воевать».

10 июля рано утром я доставила в санроту последнего своего раненого – Шубина, хотя сама изрядно была контужена и имела разбитое и в синяках лицо.

Все произошло словно по мановению волшебной палочки. По возвращении на батарею, я там никого не обнаружила, все было тихо, только пахло едким дымом и гарью. Мои батарейцы снялись с позиций и оврагом уехали в д. Теплое. Я снова побежала в санроту, но она уже догорала, была разнесена фашистами, только гордо развевался санитарный флаг, а на ветвях деревьев болтались ватные тампоны.

Чудом остался целым один маленький погреб, в котором находились раненые, в том числе и мой Шубин. В доме напротив находились раненые, дом был сожжен, а раненые лежали обугленные.
Я решила разыскать месторасположение минометной роты. Побежала в овраг из Самодуровки в Теплое. В овраге увидела два танка. Под ними что-то копались танкисты. А когда я получше рассмотрела, танки эти были с фашистской свастикой. Я опять побежала в «санроту» и в погреб, где находились раненые, предупредила, что их ждет горькая участь. Они в ответ что-то закричали, но я не поняла, что они кричали. По дороге в деревню Теплое забежала на позиции 82 мм минометной батареи 3-го стрелкового батальона, которой командовал гвардии лейтенант Федор Меньщиков.

Земля на позиции батареи была вся желтая.
Я спросила: «Кто-нибудь здесь есть живой?»
На мой вопрос ответил минометчик /фамилию забыла/, которого я много раз видела. В этом человеке, как говорят, «косая сажень в плечах», высокого роста, красавец парень-сибиряк.

Он мне сказал: «Маша, беги, ищи штаб, чтобы задержали эти фашистские танки». Он не мог встать из своего окопа, у него были перебиты обе ноги, у меня же не было никакого подручного материала, чтобы его тащить. Мне до глубины души его жаль. На батарее больше никого не было.

Потом мы вечером со своими ребятами ходили на эту батарею, но там было пусто.

Не помню, как я добежала до штаба полка, где около первого домика в Теплом командиры А.С. Григорьев, Б.И. Чугунов и другие приводили себя в порядок, умывались холодной водой. Выпалила обстановку. Там же в Теплом нашла своих минометчиков, и опять поднялось в небо облако пыли и дыма. Только одному фашистскому танку пришлось «прогуляться» в деревне Теплое.

Бывший санинструктор 96-го Читинского стрелкового полка
Михеева М.Ф. /Нуделева/

Из воспоминаний полкового
инженера 96-го полка
старшего лейтенанта
Г.М. Воронкова

Противник в центре нашей обороны смял один батальон, и вражеские танки, пехота и артиллерия рванулись в прорыв. Отдельные танки стали появляться в районе штаба полка. Остальным батальонам грозило окружение. Свыше 60 самолетов нахально летали на высоте 200 метров, расстреливая из пулеметов и сбрасывая бомбы на наши боевые порядки. Я в этот момент возвращался из полуокруженного батальона. «Ну, капут», – несколько раз говорил себе и вместе с тем смеялся, бежал и вспоминал Чапаева: «Врешь, не возьмешь», – говорил и я, а сам думал, что чем медленнее буду бежать, тем больше шансов погибнуть. Мины рвались то спереди, то сзади, будто гнались за мной. Был момент, когда я решил лечь, ибо самолет, пикируя в чистом поле прямо на меня, дал очередь из пулемета. Я лег на спину, думаю, все равно капут, и в ответ дал по самолету очередь из автомата. Попал или нет, не знаю, но надо было быстрее возвращаться, т.к. я выполнял серьезный приказ комполка, и от моего донесения кое-что зависело. И я побежал. По пути были убитые, раненые, я их не замечал. И мне почему-то странными казались эти смерти, эта кровь… Я был уверен, что со мной этого произойти не может, и быстрее бежал и бежал. Вышел дух – я шел шагом по этому морю огня и машин, набрался сил – и опять бежал, падал и бежал. И я добежал. Жив и здоров.


Подвиг, совершенный Петром Ерыпаловым 10 июля 1943-го года, вошел в историю 140-й дивизии.

В очередном политдонесении начальник политотдела дивизии Майсурадзе докладывал:

«Высокие образцы мужества и отваги проявляют коммунисты и комсомольцы в бою. Они являются организаторами бойцов.
Парторг 3-й роты 96-го стрелкового полка сержант Ерыпалов Петр после получения подразделением боевой задачи обошел всех бойцов:
«Сегодня на нас смотрит вся Родина. Стойкость наша — это смерть врага, залог победы».

Слова парторга волновали бойцов. Парторг рассказывал о примерах стойкости сталинградцев. Как стойкость побеждает смерть, рождает героев.

«Самолет не страшен», – разъяснял Ерыпалов, – «если хорошо окопаться, зарыться в землю – на бомбы начхать».

Петр Ерыпалов

Подразделение два раза меняло позицию, надежно окапывалось. Потери от воздушных налетов были незначительными.
Когда рота отбила пять атак танков и пехоты противника, парторг сразу передал об этом всем бойцам.

В тяжелый момент Ерыпалов повел бойцов в контратаку:
«Коммунисты, вперед!»

За парторгом пошли бойцы и командиры.

В рукопашной схватке коммунисты, комсомольцы, все бойцы дрались как львы.

Ерыпалов штыком, прикладом, гранатами убил 8 — 10 немцев.
Окружив Ерыпалова, 20 немцев пытались взять его в плен. Отделение его уже погибло в бою.

«Коммунисты не сдаются».
Он противотанковой гранатой взорвал себя вместе с наседающей группой немцев. … Оформляется материал на посмертное присвоение звания Героя Советского Союза».

Приказ командира «Стоять насмерть!» Петр Ерыпалов выполнил с честью.

Даже бежавшие следом фашисты остановились перед страшной картиной: как русский воин разрывает над собой противотанковую гранату. Вокруг него веером свалилось около 20 солдат противника. Такого фашисты еще ни разу не видели, покоряя Европу. Увидев такую картину, бежавшие сзади фашисты залегли и не решились атаковать. Такое не понять ни тем, кто шел на нашу Родину в 1941-м году, ни тем, кто готовит сегодня новую третью мировую войну против России.

В книге «Через годы, через расстояния», бывший секретарь Калманского райкома комсомола, ветеран 140-й стрелковой дивизии, бывший зам. командира 6-й стрелковой роты 96-го стрелкового полка и редактор дивизионной газеты П.С. Гороховцев вспоминает как встречался с Петром Ерыпаловым еще до войны, на активах и слетах передовиков сельского хозяйства.

Петр Ерыпалов коренной сибиряк. Он родился и вырос на Алтае, в селе Усть-Алейка. Он любил жизнь. Любил свою семью: жену, сына Сему, которому было всего два года когда отец уходил на фронт.
До 1968-го года уже выросший сын ничего не знал о судьбе своего отца.

Впоследствии Семен Петрович Ерыпалов напишет об этом:

«Мне было всего два года от рождения, когда отца призвали служить, позже я ничего о нем не нашел, хотя писал в крайвоенкомат и райвоенкомат… Со слов матери письмо от отца с дороги, которое было последним: «… береги сына и себя, война скоро кончится, и так хочется вернуться к мирному труду». Жаль и очень, что мне никогда не встретиться с отцом, я так об этом жалею. Спасибо следопытам школы № 12 города Курска, которыми руководит Анатолий Александрович Балдин. Это они нашли все об отце, а затем и меня, и только благодаря им я впервые увидел своего папу. Чем становился взрослее, тем чаще как-то задумывался, как погиб отец, а если погиб, а, возможно, и нет, или в концлагере был замучен, или в плен сдался. И только в 1968-м году я узнал все, чем теперь горжусь я, и гордятся мои дети. И я преклоняюсь перед миллионами павших так же, как отец».

Памятный знак на месте гибели Петра Ерыпалова

Прочитав это письмо, невольно подумаешь, как важно поднять все архивные данные и довести подвиг каждого воина до читателей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *