Поныровское подполье. Непокоренные.

Из чего состоит коллекция музея? В первую очередь, она соткана из удивительных судеб необыкновенных людей. Из тех крупиц знаний об этих людях, которые в разные годы оседали в стенах нашего музея. Сюда несли для сохранения и передачи потомкам самое сокровенное – память о прошлом. Нашлось среди этого потока информации место и для поныровских подпольщиков. То, что вы видите перед собой, воспоминания и отрывки газетных публикаций разных лет, посвященные подпольной группе, действовавшей в поселке Поныри.

УЖАСЫ ОККУПАЦИИ

Немецкие войска вступили в Поныри 2 ноября 1941-го года, а затем оккупировали и весь район. За 15 месяцев оккупации гитлеровцы казнили 138 советских патриотов, отправили на каторжные работы в Германию 835 человек. Большое количество жилых и хозяйственных построек было сожжено и разрушено.

Несмотря на жестокий оккупационный режим, местное население оказывало сопротивление захватчикам. Накануне прихода фашистов была сформирована группа патриотов, вошедшая в состав партизанского отряда соседнего Малоархангельского района (до 1944-го года входил в состав Курской области, ныне – Орловская область). В одном из лесных урочищ под Понырями была заложена партизанская база.

***

С октября 1942-го года начал боевую деятельность Поныровский партизанский отряд, командиром которого стал бывший секретарь Поныровского райкома партии Василий Авксентьевич Коваль. Отряд занимался сбором разведывательных данных для советского командования, минировал железнодорожное полотно, пуская под откос вражеские эшелоны, неоднократно выводил из строя линии связи. Местные жители помогали партизанам одеждой и продуктами.

Мария Чевычелова
Мария Чевычелова

В поселке Поныри действовала подпольная группа во главе с комсомолкой Марией Чевычеловой, окончившей в 1940-м году Курский медицинский институт.

Молодой врач Мария Чевычелова добровольно ушла на фронт. Три месяца – в окопах. Многим раненым спасла жизнь. Потом окружение, плен. Длинные изнурительные дни испытаний на верность своему долгу. Голод. Лишения. Но она не сдавалась.

В конце 1941-го года ей удалось вернуться в поселок Поныри. Дома ждало горе. Фашистской бомбой убило отца, тяжело ранило мать. Комсомолка стала работать врачом. Конечно, в понимании большинства простых людей она была прихвостнем немецких захватчиков. Шла однажды по улице. Встретился старик, посторонился, бросил вслед горький упрек:

– Выслуживаешься! Бегаешь, немцев в отчем доме поселила! Ну подожди, придут наши, пощады не будет!

Тяжело было слышать такие слова. Но приходилось терпеть.

Мария прибежала домой, присела возле матери и зарыдала.

***

Немецкая комендатура. Медицинская комиссия. Сотни людей ждут своей судьбы. Угонят ли их в Германию – в рабство? Перед столом врача Марии Чевычеловой молоденькая девушка. Как скажет врач – так тому и быть.

– Не годна, – отрубила Мария. – Для Германии не такие нужны.

– А вот этот подойдет, – сказал один из членов комиссии, слуга фашистов, указав на вошедшего рослого парня.

Мария тщательно обследовала его и сказала:

– Туберкулез легких. Как вы такое не заметили? Негоден.

Мария не только ставила липовый диагноз. Переправляла к партизанам медикаменты, ценные документы.

Смелые действия врача насторожили немецких прихлебателей. Зимой 1943-го года Марию Чевычелову арестовали…

***

Зоя Статкевич
Зоя Статкевич

Патриотке удалось спасти от немецкой каторги 1200 человек – в основном юношей и девушек. В этой же подпольной группе находились учительница Вера Зверева и заведующая аптекой Зоя Статкевич.

Вера Зверева
Вера Зверева

НЕПОКОРЕННЫЕ

Из воспоминаний Матрены Игнатьевны Чевычеловой, матери подпольщицы Марии: «Никогда не забуду свою Марусю. Помню все до минутки, как было… 8 января 1943-го она шла с работы, ее догнал полицай и завернул в комендатуру. Марусю посадили в подвал.

Утром 9 января я пошла к коменданту узнать, за что задержали мою дочь. В это время полицаи привели Марию Статкевич – сестру зав. аптекой Зои Николаевны. Я пошла в аптеку, но не успела и слово сказать, как вошли немцы и арестовали Зою Николаевну. Я побежала домой, а там уже сидели зам. начальника жандармерии и полицай. Под арестом меня с детьми Володей и Клавой держали до утра. Наверное, ожидали кого – то…

Два дня я ходила в комендатуру, пока не открыли замок в камере и ко мне не выпустили Марию. Она была избита. Попросила принести теплые пальто и платок, валенки. «Нас угонят, – шепнула она, – наверное, в Курск». Еще несколько дней потом передачи для дочки принимали, но встретиться больше не давали.

В пятницу, 15 января, я пришла в комендатуру с передачей, ее не взяли. Арестованных вывели погулять. Я приблизилась к дочери. Маруся сунула мне в руку часы, быстро сказав: «Мне они больше не нужны. Нас увозят. Допросы кончились. Опять били».

Увезли их, наверное, ночью. С тех пор я свою дочку больше не видела. Но она жива во мне. И слез не выплакать, и горе не забыть…»

Как позднее выяснилось, выдал подпольщиц предатель. Всех их фашисты казнили. Это случилось незадолго до прихода Красной Армии и освобождения Поныровского района.

Подвиг Марии Чевычеловой в 1965-м году посмертно был отмечен орденом Отечественной войны 1-й степени.

Из воспоминаний Е.К. Коноревой: «15 января 1943-го года под конвоем полицейских ко мне привезли учительницу Веру Федоровну Звереву – измученную и избитую. Она попросила: «Сбереги моих детей Владика и Люду». Рано утром Звереву, Чевычелову и Статкевич увезли на Ольховатку, а оттуда – в Фатеж и Курск. Детей всех сберегли, а подруг больше не видели».

В Курске хорошая знакомая матери Марии Чевычеловой 22 января принесла заключенным, привезенным из Понырей, передачу – их принимали через день. Приняли, как и 24, и 26 января. А 28-го фашист, принимавший передачи, ничего не взял. Сказал: «Капут»…

Никто не знает, где были расстреляны поныровские герои – подпольщицы. Возможно, на Солянке или в Щетинке, где казнены тысячи советских граждан. Фашисты в те дни торопились «разгружать» свои застенки – с востока шла Красная Армия.

Обстановка на фронте после разгрома вражеских полчищ под Сталинградом резко изменилась, стратегическая инициатива перешла к советскому командованию.

В конце января 1943 года в ходе Воронежско – Касторненской наступательной операции большая часть территории Курской области была освобождена от немцев. В феврале враг был выбит и из Поныровского района.

***

Из воспоминаний поныровца, ветерана ВОВ И.Е. Анпилогова: «Командир Поныровского партизанского отряда Василий Коваль не раз приходил в Поныри, где имел верных помощников. Чевычелова, Статкевич и Зверева, семьи которых жили по соседству, снабжали партизан медикаментами, готовили для них данные о расположении фашистских точек укрепления, распространяли листовки и сводки Совинформбюро».

По воскресеньям в Понырях собирался базар. Туда приезжали и партизаны. Обменивали зерно на соль, масло и другие продукты. В ходе одной из облав немцы поймали разведчиков Наташу Ковальчук и Алексея Фионичева».

Наталья Ковальчук
Наталья Ковальчук

Наташа Ковальчук прибыла в отряд осенью 1942-го года. Наташа стала разведчицей. Задания командования партизанского отряда выполняла точно и добросовестно. Ходила в дальние районы, добывала ценные данные о противнике. Добытые ею данные помогали партизанам и воинским частям наносить ощутимые удары по фашистам.

Ходила Наташа и в Курск. Там она выясняла, в каких местах было особенно большое скопление живой силы и техники противника. Эти данные партизанский отряд отправлял на «большую землю». А оттуда краснозвездные бомбардировщики шли на Курск и сбрасывали свой смертоносный груз как раз там, где их меньше всего ожидали немцы.

И только по разведданным Наташи Ковальчук наши летчики трижды бомбили Курск, уничтожая ненавистных фашистов и их боевую технику.

Партизаны собирали также точные данные о передвижениях немцев по железной дороге Курск – Орел. Но предатель выдал партизан – разведчиков. Многое пришлось перенести партизанам в фашистском застенке. Их пытали огнем и железом, избивали до бессознания, разутых и раздетых гоняли по снегу при тридцатиградусном морозе.

31 декабря 1942-го года в Сеньково партизан повесили на глазах согнанных со всей округи людей.

Наташа сама накинула на голову петлю и успела громко заявить о непобедимости нашей страны, преданности Родине и неминуемом жестоком возмездии, которое ждет врага.

Поныровское подполье. Непокоренные., изображение №5

Трое суток висели трупы партизан. Их охраняли полицейские, никому не разрешали подходить к казненным. Не разрешали фашисты и захоронить партизан на общем кладбище. А тут же неподалеку от виселицы чуть засыпали их снегом. И только весной женщины привели могилу в порядок, насыпали холмик.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *